amagnum: (Imperator)
Несмотря на сказанное ранее, мыши в моем лице продолжают кушать кактус и азиатские исторические эпики. Я не виноват, честное слово, он сам на глаза набросился. (в сторону: на глаза набросился... Надо будет запомнить, но не злоупотреблять!)

Intro

Название как бы намекает, но на самом деле все цитаты, отсылки и заимствования собраны совсем из других фильмов. Даже странно. Помимо многочисленных цитат к недостаткам относятся набившие оскомину штампы, некоторый избыток нездорового пафоса и какой-то недоделанный (другое прилагательное трудно подобрать) саундтрек. Тем не менее, я почему-то засмотрелся. Фильм оказался чуть лучше, чем ожидалось, и мог быть еще лучше -- но увы, мы имеем то, что имеем.

Итак, дело происходит в конце Х века. Некогда единый Китай в очередной и далеко не последний раз расколот на две враждующие империи.

Карта

На юге правит династия Сун, "национальная" династия народа хань, то есть собственно китайцев.

На севере - династия Ляо, которую основали кидани, монголоязычный народ монгольского происхождения. Чуть позднее и чуть западнее эти кидани станут известны как "китаи" - именно они, чужеземцы и захватчики, дали название всей стране в русском и ряде других языков. Невероятно, но факт. Какая ирония!

Какое-то время между двумя государствами царил шаткий мир, но потом наступил 986 год, и кидани в очередной раз перешли границу...

Тем временем в Южном Китае. )
amagnum: (Default)
По мотивам проекта коллеги [livejournal.com profile] xou_chan
______________________________


Войны банальное начало:
Разгром, посланец, подкрепленья...
Но потерпите до финала,
И испытайте удивленье!

На мрачном острове Хоккайдо,
Среди снегов и отморозков,
Стоят, от всех скрывая тайну,
Форпосты древних когурьосцев.

Листок пятная белоснежный,
Спешит история раскрыться:
"...Гонец примчался с побережья
К воротам Западной столицы.

Пришел, измученный дорогой,
И вот кричит усталый витязь:
- Вставайте, граждане, тревога!
Проснитесь, граждане, проснитесь!

И конь его хрипящий в мыле,
Пришлось ему, конечно, туго...
- Войну Хоккайдо объявили
Народы Запады и Юга!

- Вставайте, граждане, быстрее --
Никто вас в битве не заменит!
Идут шилланцы из Кореи,
Ямато, Ляо и чжурчжени!

- Явился флот на берег скальный,
Пришел внезапно и некстати,
Там волны мертвых целовали --
В угрюмой бухте Хакодате!

- Уже клюет таранов поршень
Врата и стены замков наших,
Уже грядет "железный коршун",
И дома Цзинь "гвардейцы-башни"!

- Вам новостей печальных мало?!
От этих - в жилах кровь застынет!
Ведут врагов не генералы,
Войны - и боги, и богини!

О них написаны поэмы!
И первый вождь, питомец Кали --
Тьянь-Ван, ужасный битвы демон!
Его Вань-Ну когда-то звали...

Их дьяволик противен миру,
Как смерть страшны, потомки гунна!
И злобный Тайра Шигехира,
И Минамото Ёсицунэ!

Король Сеон из дома Пархэ,
Тиран Шизонг - владыка Цзиней,
Люге - назначен хилиархом,
И Алучжень - Вдова-Княгиня!

Да, положенье очень скверно,
Но так легла на поле фишка --
Был век тринадцатый, наверно,
Жестокий век, кровавый слишком...

Питая страсть к военным играм,
Как кошки африканских прайдов,
Они сошлись, подобны тиграм
В снегах холодного Хоккайдо --

Пылая завистью и злостью,
Как черти, вырвавшись из ада!
И как всегда - трещали кости,
И кровь хлестала водопадом,

На снег, подобно спелым грушам,
Упали головы погибших,
Бойцов потерянные души
Неслись в Вальгаллу -- и повыше.

Хрустел кустарник мицумата,
И лед речной - предатель, тонок,
И сам Небесный Император
В ладоши хлопал, как ребенок.

Нет слов - ужасные потери!
Сменили цвет речные струи,
Но вдруг - вошел Индрикотерий!
Броня, седло и даже сбруя!

Рожден в степной монгольской жиже,
Питаясь век подкожным жиром,
В лесах Хоккайдо чудом выжил --
Король Затерянного мира!

Но пряник/кнут, в стандартном стиле,
Плюс сладкий сон на сеновале --
Его бохайцы приручили,
И на войну завербовали.

Сквозь тьму времен к людишкам изгнан,
Стоял у вод озерных Тоя,
Как будто мезозоя призрак,
(Но появился в кайнозое).

Грозил жестоким самураям
Взгляд, устремленный в поднебесье!
Но времена - не Хокусая,
Других людей, героев, песен...

Сраженный дьявольским киданем,
На сахалинском перевале,
Он мертвым пал на поле брани,
Его стервятники сожрали.
amagnum: (Default)
По мотивам проекта коллеги [livejournal.com profile] xou_chan
______________________________


Войны банальное начало:
Разгром, посланец, подкрепленья...
Но потерпите до финала,
И испытайте удивленье!

На мрачном острове Хоккайдо,
Среди снегов и отморозков,
Стоят, от всех скрывая тайну,
Форпосты древних когурьосцев.

Листок пятная белоснежный,
Спешит история раскрыться:
"...Гонец примчался с побережья
К воротам Западной столицы.

Пришел, измученный дорогой,
И вот кричит усталый витязь:
- Вставайте, граждане, тревога!
Проснитесь, граждане, проснитесь!

И конь его хрипящий в мыле,
Пришлось ему, конечно, туго...
- Войну Хоккайдо объявили
Народы Запады и Юга!

- Вставайте, граждане, быстрее --
Никто вас в битве не заменит!
Идут шилланцы из Кореи,
Ямато, Ляо и чжурчжени!

- Явился флот на берег скальный,
Пришел внезапно и некстати,
Там волны мертвых целовали --
В угрюмой бухте Хакодате!

- Уже клюет таранов поршень
Врата и стены замков наших,
Уже грядет "железный коршун",
И дома Цзинь "гвардейцы-башни"!

- Вам новостей печальных мало?!
От этих - в жилах кровь застынет!
Ведут врагов не генералы,
Войны - и боги, и богини!

О них написаны поэмы!
И первый вождь, питомец Кали --
Тьянь-Ван, ужасный битвы демон!
Его Вань-Ну когда-то звали...

Их дьяволик противен миру,
Как смерть страшны, потомки гунна!
И злобный Тайра Шигехира,
И Минамото Ёсицунэ!

Король Сеон из дома Пархэ,
Тиран Шизонг - владыка Цзиней,
Люге - назначен хилиархом,
И Алучжень - Вдова-Княгиня!

Да, положенье очень скверно,
Но так легла на поле фишка --
Был век тринадцатый, наверно,
Жестокий век, кровавый слишком...

Питая страсть к военным играм,
Как кошки африканских прайдов,
Они сошлись, подобны тиграм
В снегах холодного Хоккайдо --

Пылая завистью и злостью,
Как черти, вырвавшись из ада!
И как всегда - трещали кости,
И кровь хлестала водопадом,

На снег, подобно спелым грушам,
Упали головы погибших,
Бойцов потерянные души
Неслись в Вальгаллу -- и повыше.

Хрустел кустарник мицумата,
И лед речной - предатель, тонок,
И сам Небесный Император
В ладоши хлопал, как ребенок.

Нет слов - ужасные потери!
Сменили цвет речные струи,
Но вдруг - вошел Индрикотерий!
Броня, седло и даже сбруя!

Рожден в степной монгольской жиже,
Питаясь век подкожным жиром,
В лесах Хоккайдо чудом выжил --
Король Затерянного мира!

Но пряник/кнут, в стандартном стиле,
Плюс сладкий сон на сеновале --
Его бохайцы приручили,
И на войну завербовали.

Сквозь тьму времен к людишкам изгнан,
Стоял у вод озерных Тоя,
Как будто мезозоя призрак,
(Но появился в кайнозое).

Грозил жестоким самураям
Взгляд, устремленный в поднебесье!
Но времена - не Хокусая,
Других людей, героев, песен...

Сраженный дьявольским киданем,
На сахалинском перевале,
Он мертвым пал на поле брани,
Его стервятники сожрали.
amagnum: (Imperator)
Опять вздымая мутный прах,
Идут походные телеги,
Костры пылают на холмах...
Куда бежали печенеги?!

На дальний, незнакомый юг,
Где на армян упали скопом,
Иранцев взяли на испуг,
И подожгли Константинополь?

На запад, сквозь огонь и дым,
Где солнце прячется под вечер,
Вошли в державный город Рим,
На форуме толкают речи?

На север путь проложен длинн,
Туда растянуты колонны,
Встречает их природный финн,
Пирует с ними, побежденный?!

О нет и нет! Бездушный рок
Их бросил в путь - согласно картам
Они шагают на восток,
Как Александр с Бонапартом.

Туда, сквозь ветер и туман,
Дожди, снега и даже бури
Ведет орду великий хан,
Ведет каган могучий Куря!

В Китай направлен их набег,
Ну, знать у них судьба такая,
Мечтает гордый печенег
Стать императором Китая.

Он взглядом необычно хмур,
Душа его владеет планом -
Провозгласить державу Кур,
И стать Кур Ши Хуан Ди Ваном!

Пусть на дворе десятый век,
В Китае правят Ляо-суны,
Но их свирепый печенег
В костер истории засунет!

Он сухопут, не флотофил,
Его язык рокочет страстно:
- Кто Святослава поразил,
Тому китайцы не опасны!

Их в путь послал не добрый сэр,
Но византийское коварство,
Тяжелый пушкинский размер
Как приговор китайским царствам!

Что делать? Быть или не быть?
Читать Шекспира иль де Вегу?!
Не всяк сумеет пережить
Атаку Страшных Печенегов!
amagnum: (Imperator)
Опять вздымая мутный прах,
Идут походные телеги,
Костры пылают на холмах...
Куда бежали печенеги?!

На дальний, незнакомый юг,
Где на армян упали скопом,
Иранцев взяли на испуг,
И подожгли Константинополь?

На запад, сквозь огонь и дым,
Где солнце прячется под вечер,
Вошли в державный город Рим,
На форуме толкают речи?

На север путь проложен длинн,
Туда растянуты колонны,
Встречает их природный финн,
Пирует с ними, побежденный?!

О нет и нет! Бездушный рок
Их бросил в путь - согласно картам
Они шагают на восток,
Как Александр с Бонапартом.

Туда, сквозь ветер и туман,
Дожди, снега и даже бури
Ведет орду великий хан,
Ведет каган могучий Куря!

В Китай направлен их набег,
Ну, знать у них судьба такая,
Мечтает гордый печенег
Стать императором Китая.

Он взглядом необычно хмур,
Душа его владеет планом -
Провозгласить державу Кур,
И стать Кур Ши Хуан Ди Ваном!

Пусть на дворе десятый век,
В Китае правят Ляо-суны,
Но их свирепый печенег
В костер истории засунет!

Он сухопут, не флотофил,
Его язык рокочет страстно:
- Кто Святослава поразил,
Тому китайцы не опасны!

Их в путь послал не добрый сэр,
Но византийское коварство,
Тяжелый пушкинский размер
Как приговор китайским царствам!

Что делать? Быть или не быть?
Читать Шекспира иль де Вегу?!
Не всяк сумеет пережить
Атаку Страшных Печенегов!
amagnum: (Imperator)
Скрипел пером библиотекарь, и буквы складывались в слово:

"Заря тринадцатого века от воплощения Христова. Согласно данным уточненным, когда столица замолчала, стоял свирепый Год Дракона -- двадцатый год с его начала..."

...Труба звенит, играют флаги. Пасется конь, уставший топать. Огнем костров усеян лагерь, и небо застилает копоть, скрывая трассеры снарядов. Ревут военные машины. Был взят Пекин в кольцо осады непобедимым Темуджином. (Теперь он звался Чингисханом, на страх униженным соседям). Долбят дубовые тараны врата, окованные медью.

Не золотой и не зеленый, не голубой с ультрамарином. Трепещет красный флаг с драконом на башнях древнего Пекина! Своей известные отвагой уже десятки поколений, бойцы сражаются под флагом - кидани, ханьцы и чжурчжени. Смолы кипящей водопады, их результат - ожог тяжелый. И с черным порохом снаряды на мелкочасти рвут монголов. Не умолкают стрелометы!

Обычный день в годину бедствий. Но знает всяк - неладно что-то в могучем Цзиньском королевстве.
Read more... )
amagnum: (Imperator)
Скрипел пером библиотекарь, и буквы складывались в слово:

"Заря тринадцатого века от воплощения Христова. Согласно данным уточненным, когда столица замолчала, стоял свирепый Год Дракона -- двадцатый год с его начала..."

...Труба звенит, играют флаги. Пасется конь, уставший топать. Огнем костров усеян лагерь, и небо застилает копоть, скрывая трассеры снарядов. Ревут военные машины. Был взят Пекин в кольцо осады непобедимым Темуджином. (Теперь он звался Чингисханом, на страх униженным соседям). Долбят дубовые тараны врата, окованные медью.

Не золотой и не зеленый, не голубой с ультрамарином. Трепещет красный флаг с драконом на башнях древнего Пекина! Своей известные отвагой уже десятки поколений, бойцы сражаются под флагом - кидани, ханьцы и чжурчжени. Смолы кипящей водопады, их результат - ожог тяжелый. И с черным порохом снаряды на мелкочасти рвут монголов. Не умолкают стрелометы!

Обычный день в годину бедствий. Но знает всяк - неладно что-то в могучем Цзиньском королевстве.
Read more... )
amagnum: (Imperator)
Стоял дозор, к сражениям пригоден,
На острове по имени Хоккайдо,
Здесь толком ничего не происходит,
И лишь порой в лесах бунтуют айны.

У айнов был шаман в медвежьей шкуре --
Наколдовал. Когда я был на страже,
На берег лодку выбросила буря,
В ней знатный офицер, но не из наших.

И в тот же день получено заданье:
Секретное письмо доставить в Эдо.
Наш пленник о вторжении киданей
Под пытками ужасными поведал.
Read more... )
amagnum: (Imperator)
Стоял дозор, к сражениям пригоден,
На острове по имени Хоккайдо,
Здесь толком ничего не происходит,
И лишь порой в лесах бунтуют айны.

У айнов был шаман в медвежьей шкуре --
Наколдовал. Когда я был на страже,
На берег лодку выбросила буря,
В ней знатный офицер, но не из наших.

И в тот же день получено заданье:
Секретное письмо доставить в Эдо.
Наш пленник о вторжении киданей
Под пытками ужасными поведал.
Read more... )
amagnum: (Default)
А не начать ли нам, братья,
Мысли разбросив по веткам,
Волком, бегущим везде?

Да, я решил рассказать вам
Повесть о доблестных предках,
Бросивших вызов Орде.

Что вы хотите увидеть
В этом печальном рассказе?
Ясная цель у него --

Память о горькой обиде,
Слово об Игоре-князе,
И о дружине его.

Ищет стихи про Гурхана
Мальчик, склонившись над книгой,
В библиотечной пыли.

Магнум, наследник Баяна,
Видел, как доблестный Игорь
Скрылся с дружиной вдали.

Черные демоны брани,
Страшные в силе ударной
Вот уже тысячу лет,

В поле выходят кидани -
Кони в броне ламинарной,
В правой руке - арбалет.

Как беспощадные звери,
В битве познавшие Дао,
Сотни прошедшие стран,

Всадники павших империй,
Гордость династии Ляо,
Их предводитель - Гурхан!

Князь, безрассудный и гордый,
Смотрит на бледные лица:
-- Братья, не бойтесь врагов!

Что нам китайские орды?
Новгород-северский рыцарь
Стоит двухсот степняков!

Только китайцы до срока
Все повидали на свете -
Этом и даже другом.

Что для пришедших с Востока
Наглые Запада дети
С их неразумным вождем?

Смейтесь, киданьские рожи,
Жгите дома и посевы,
Смердов рубите и знать!

Будут в далеком Суроже
Готские красные девы
Золотом русским бренчать.

Бой завершился недавно,
Вмиг потерявший надежду,
Замер покинутый град.

Плачет в ночи Ярославна,
Волосы рвет и одежду -
Муж не вернется назад.

А на высоком престоле,
В заячьем белом тулупе,
В греческой башне один,

Вспомнит про мертвое поле
Князь Александр в Мангупе -
Крымской земли господин.
amagnum: (Default)
А не начать ли нам, братья,
Мысли разбросив по веткам,
Волком, бегущим везде?

Да, я решил рассказать вам
Повесть о доблестных предках,
Бросивших вызов Орде.

Что вы хотите увидеть
В этом печальном рассказе?
Ясная цель у него --

Память о горькой обиде,
Слово об Игоре-князе,
И о дружине его.

Ищет стихи про Гурхана
Мальчик, склонившись над книгой,
В библиотечной пыли.

Магнум, наследник Баяна,
Видел, как доблестный Игорь
Скрылся с дружиной вдали.

Черные демоны брани,
Страшные в силе ударной
Вот уже тысячу лет,

В поле выходят кидани -
Кони в броне ламинарной,
В правой руке - арбалет.

Как беспощадные звери,
В битве познавшие Дао,
Сотни прошедшие стран,

Всадники павших империй,
Гордость династии Ляо,
Их предводитель - Гурхан!

Князь, безрассудный и гордый,
Смотрит на бледные лица:
-- Братья, не бойтесь врагов!

Что нам китайские орды?
Новгород-северский рыцарь
Стоит двухсот степняков!

Только китайцы до срока
Все повидали на свете -
Этом и даже другом.

Что для пришедших с Востока
Наглые Запада дети
С их неразумным вождем?

Смейтесь, киданьские рожи,
Жгите дома и посевы,
Смердов рубите и знать!

Будут в далеком Суроже
Готские красные девы
Золотом русским бренчать.

Бой завершился недавно,
Вмиг потерявший надежду,
Замер покинутый град.

Плачет в ночи Ярославна,
Волосы рвет и одежду -
Муж не вернется назад.

А на высоком престоле,
В заячьем белом тулупе,
В греческой башне один,

Вспомнит про мертвое поле
Князь Александр в Мангупе -
Крымской земли господин.

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
10 11121314 1516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 19th, 2017 01:24 pm
Powered by Dreamwidth Studios